Эрнест Хемингуэй и Куба

28 марта 1928 года Эрнест Хемингуэй написал своей второй жене Паулине с борта почтового теплохода «Орита», недавно вышедшего из Ла-Рошели: «Мы уже пять или десять дней на пути к Кубе… Иногда я задумывался, что мне делать с остатком моей жизни, и теперь знаю — я должен попытаться добраться до Кубы».

Это письмо было некой жалобой на чересчур медленное продвижение теплохода и полное отсутствие хоть какого-то комфорта на борту судна. Но послание оказалось пророческим. 12 лет спустя с помощью своей третьей жены, Марты Геллхорн, Хемингуэй приобретает домик в деревне недалеко от Гаваны. Здесь он проживет свои следующие 20 лет и это место станет для него, наверно, самым родным и самым любимым местом за всю жизнь.

Чтобы понять, какой была Куба во времена Хемингуэя, достаточно посмотреть вокруг и бросить взгляд на проезжающий мимо «плимут» производства 1951-го года — именно в это время Хемингуэй писал «Старик и море».

Знаменитая повесть, написанная на Кубе, привела писателя к славе. За нее Хемингуэй получил Пулитцеровскую и впоследствии Нобелевскую премию. У произведения имелся реальный прототип – кубинский рыбак Грегорио Фуэнтес, живший в деревне Кохимар, с которым писатель дружил много лет. В основу рассказа лег эпизод, произошедший с Эрнестом во время одного из визитов писателя на Кубу. Тогда он поймал огромного марлина, который весил несколько центнеров и тот марлин еще несколько миль тащил его за собой по морю.

hemin2

На Кубе Хемингуэем написаны и другие произведения: «Праздник, который всегда с тобой», «По ком звонит колокол», «Острова в океане».

Кстати, в первое время именно рыбалка заставляла писателя возвращаться на Кубу. Тогда они приобрел даже крохотную яхту PILAR, которая была построена из черного американского дуба специально для ловли рыбы в условиях гольфстрима.  Но этой яхте не суждено было выплывать только на рыбалку – во время Второй Мировой войны Хемингуэй на PILAR выходил в море и выслеживал немецкие подлодки, топившие корабли с грузом сахара для союзных войск.

Лодка писателя впоследствии была доставлена из Кохимара к музею и помещена в специальный павильон на бывшем теннисном корте.

Роман Хэмингуэя с Кубой был долог и насыщен.

В первый раз писатель попал сюда в 1928 году, и после регулярно возвращался. Первым и оставившим неизгладимый след в его душе пристанищем на Кубе для него стала гостиница Ambos Mundos (Оба мира), располагающаяся в центре Старой Гаваны.

Возвращаясь на Кубу, писатель с 1928 по 1939 годы останавливался всегда в одном и том же номере – 511.

Ambos Mundos и сегодня функционирует как гостиница, однако, тот самый 511 номер – музей Хемингуэя. Легендарный бар, в котором Хемингуэй проводил даже больше времени, чем в любимой гостинице, расположен в центре Гаваны и именуется El Floridita.  Здесь всегда полно людей – как местных, так и туристов, хотя выпить и покушать в El Floridita считается недешевым удовольствием.

На барной стойке большими буквами надпись: «La cuna del daiquiri», что означает КОЛЫБЕЛЬ ДАЙКИРИ. О, да, мохито и дайкири были любимыми напитками Хемингуэя. Мохито писатель предпочитал выпивать в другом культовом месте Гаваны – ресторане La Bodeguita del Medio. Это было своеобразным вечерним ритуалом, о котором он говорил так: “Mi mojito en la Bodeguita, mi Daiquiri en el Floridita”.

hemin-v-bare2

Внутри El Floridita – бюст писателя. Вот он сидит там, на краешке барной стойки, именно в той позе, в которой любил сидеть. Он пил дайкири и слушал, слушал, слушал: о чем говорят посетители — над чем смеются, о чем страдают, что нынче нового произошло в Гаване. Хемингуэй потом часто описывал услышанные истории в своих произведениях.

У Эрнеста Хемингуэя было много друзей среди кубинцев. Не удивительно, ведь Куба стала его второй родиной. Папа Хэм – так ласково называли писателя кубинцы.

В начале 40- годов Эрнест Хемингуэй приобрел небольшую виллу Finca Vigía в предместьях Гаваны Сан-Франсиско-де-Паула, весьма удаленных от центра. Его дом станет музеем сразу после того, как до Кубы дойдут известия о самоубийстве писателя в США.

hemin-v-bare

Рассказывали, что тогдашняя жена писателя Марта Гельхорн настояла на том, чтобы дом специально был расположен как можно дальше от центра с его многочисленными барами. О сильном пьянстве Хемингуэя известно не меньше, чем о его любви к рыбалке и охоте, но его это нисколько не останавливало – после принятия 10-12 коктейлей писатель спокойно садился за руль, чтобы отправиться домой.

Поместье Хемингуэя  находится на вершине холма.

На вилле тщательно сохраняется все тот же порядок, что был при жизни писателя. Здесь в полной сохранности располагается его библиотека, насчитывающая более 9 тысяч книг, в гостиной развешаны многочисленные трофеи, принесенные писателем с охоты в африканских сафари, на столах его любимые статуэтки, на полках – любимые фотографии.  Среди экспонатов много личных вещей писателя – пишущая машинка, ружье, даже керамическая тарелка работы Пикассо. Вещи в доме сохраняют свой прежний вид и место, а потому в поместье не возникает чувства, что ты в музее – ты в жилом и уютном доме, а хозяин как будто вот-вот вышел за двери.

Музей Хемингуэя в Гаване, конечно, не единственный в мире, но он поистине уникален. Здесь просто время остановило свой ход в тот самый момент, когда Эрнест с женой покинули поместье. На столе до сих пор лежит нераспечатанная корреспонденция. Любопытных туристов внутрь не пускают – в комнаты можно заглянуть лишь снаружи, чтобы не нарушать это зыбкий покой дома, как будто ждущего возвращения своего хозяина. Складывается такое тихое ощущение, что, покидая дом ради своего последнего путешествия, Хемингуэй не взял ничего с собой.
Эрнест Хемингуэй был здесь по-настоящему  счастлив и хоть на какое-то время обрел здесь духовное и физическое пристанище, мирную гавань после жизни, полной странствий.

До сих пор в тех краях о нем вспоминают с нежностью и глубоким уважением, рассказывают друг другу историю его жизни, и глаза их в тот момент полны светлой грустью.

В саду поместья, помимо лодки PILAR, есть еще одна интересная достопримечательность – кладбище домашних животных Хемингуэя (за всю жизнь их было около 50-ти). До сих пор сюда часто прибегают собаки и подолгу лежат вдоль ограды поместья.

Возвратившись в США, писатель обращается за медицинской помощью. Получивший при жизни множество ранений, он страдал от целого ряда серьезных физических заболеваний.  Его здоровье – и умственное, и физическое, постоянно ухудшалось. С 1955 года до 1956 года писатель был прикован к кровати.

Хемингуэя постоянно мучили видения и страхи, преследовали галлюцинации. Ему казалось, что кругом враги, шпионы, прослушка и жучки, а ему не верили.

Спустя много лет был отправлен запрос в ФБР (в законодательстве США есть закон о свободе информации, который позволял это сделать). Оказалось, что слежка была, и прослушка тоже. Хемингуэй дружил с кубинским народом так сильно, что запросто мог оказаться шпионом.

Для лечения писателя поместили в психиатрическую клинику, где лечили электрошоком. Спустя несколько дней после выписки Эрнест Хемингуэй покончил с собой, не оставив предсмертной записки.